irga (irga4212) wrote,
irga
irga4212

Защитить Пушкина от "эстетов"

Расплодившееся в последнее время количество "модных" режиссеров, паразитрующих на классике,  начинает реально взбешивать публику.
Если ты такой весь из себя талантливо модный- концептуальный, - то где плоды творений твоего СОБСТВЕННОГО таланта?
Фигли вы тянете свои липкие ручонки к  здоровой  и  вечной классике? Перепрошивая и перекручивая её шиворот- навыворот, в соответствии со своим больным и  извращенным сознанием?
С какой стати доброе и светлое пушкинское повествование  подменяется творчеством клещей- паразитов? Почему клопы, присосавшиеся к бюджету,  за народные деньги  же  безнаказанно вымарывают из русской классики то, к чему она всегда стремилась... - Сеять разумное, доброе, вечное...
Защитите. Пушкина. Защитите классику.




Туминас vs. Пушкин: ума холодных наблюдений и сердца горестных замет

Культура – это сложный процесс балансирования между получением прибыли, развлечением почтеннейшей публики и несением в массы «доброго и вечного». В России, где, казалось бы, задача творцов сильно облегчается госбюджетным финансированием (а значит, не нужно бегать по спонсорам и кланяться, выпрашивая деньги на постановку или фильм), проблемы искусства сводятся к заслуживанию общественного одобрения. Народ через госбюджет финансирует – народ должен быть доволен. Однако что происходит в последнее время с театром? Сейчас важнее быть модным режиссёром, чем хорошим, именно на это нацелены творцы-экспериментаторы, противопоставляющие своё провокативное творчество классическому психологическому театру. И ладно бы они ставили пьесы абсурдистов, так нет, их постоянно тянет на русскую классику!

[Spoiler (click to open)]В год литературы НИИ культурного и природного наследия им. Д. С. Лихачева обнародовал результаты экспертизы спектаклей и фильмов современных режиссеров по произведениям Пушкина. Среди них был и поставленный на сцене Государственного академического театра им. Вахтангова. Отчего внимание экспертов привлёк этот спектакль, о котором на сайте театра сказано: «Режиссеру чужд поэтический флер, он ломает ритмическое построение фразы, его влечет проза жизни, он враг выспренности и ложной лиричности. Своим спектаклем он разрушает «хлам воспоминаний» ранее увиденного и прочитанного. Он открывает новый смысл в характере и сюжете»? Может быть, потому, что вместе с «хламом воспоминаний» и «ложной лиричностью» режиссёр разрушил что-то важное, сокровенное, личное, что у каждого русскоязычного человека связано с Пушкиным? Не будем злоупотреблять формулой Белинского про энциклопедию русской жизни, но взглянем на те «новые смыслы», которые проявились в туминасовском «Евгении Онегине».

Преподаватель Литинститута, доктор филологических наук Иван Есаулов, довольно резко высказался и в адрес режиссёрского видения, и в адрес государства, финансировавшего спектакль: «Режиссер действительно имеет право взять роман в стихах «Евгений Онегин», назвать эту постановку «сценой из романа по частям», показать, как он это видит – это совершенно его право, как мне кажется. Но нужно в этом случае разобраться с именем Пушкина. Можно ли использовать его имя… У Пушкина, несомненно, Россия подается с любовью. Но мы не можем заставить режиссера видеть по-пушкински. Нет, заставить мы его не можем, это была бы творческая цензура, в общем, совершенно не можем. Но если это поддерживается государственными финансами, тогда я окончательно перестаю понимать, что такое государственная культурная политика. Я отказываюсь понимать такую государственную политику».

Мы можем сказать, что возможно, уважаемый критик не понял задумки режиссёра-новатора, такое случается. Но, похоже, та же претензия и у зрителей, которые пишут в Сети длинные монологи, заявляя и о недостаточности информации на афишах, и об отсутствии уважения у постановщика к «нашему всему».

Светлана Прохорова: «Ходили вчера на этот спектакль. Не понравилось! Заскучали уже через пять минут. Стало вдруг все предсказуемо в этом спектакле. Как начался с китча русскости, так весь спектакль и китчевали, от одной банальности до другой: глупые деревенские–балалайка (она же домра)–застольные песни–снег–зайка–медведь... В результате никого не жаль, никому не сочувствуешь, ни за кого не переживаешь, ни за кого не радуешься… Наверное, и скука была задумана как энциклопедия деревенской жизни – тогда получилось! Скука и на сцене и в зале».

Однако не только скука, но и разочарование и чувство обманутости посещают зрителей, особенно несовершеннолетних, после просмотра. Яков Медведев: «Жена, недостаточно хорошо изучив отзывы, купила билет сыну и отправила на этот чудо-спектакль. В итоге у сына неприятное ощущение как от самого спектакля и театра в целом, так и от произведения. Почему на билетах на подобные «шедевры» не ставят отметку 18+? Это ж для «эстетов» там всяких, желающих «с душком» блюдо, не для людей, которые хотят именно шедевр, а не его искаженное подобие… Почему это называется «Евгений Онегин»? Почему не «бла-бла-бла» по мотивам произведения А. С. Пушкина «Евгений Онегин»? Обман ведь получается, наговор и навет на бедного Александра Сергеевича».

Что же отвечает на это представитель театра? «Спектакль не содержит сцен или диалогов, требующих возрастного ограничения 18+». Однако это спорный вопрос: обнажённой натуры и сцен насилия в спектакле нет (спасибо!), но, например, режиссер видит Онегина как персонажа, расхаживающего по сцене с бутылками алкоголя, флирт Ольги – как стягивание губами перчаток с пальцев Онегина, празднование именин главной героини сводит к истошному немузыкальному ору, пародии на русские песни и арии, про который зрители пишут, что это невозможно вынести.

Зрительница Зоя Дьячкова: «Всё-таки остался осадок неприятия. Возможно, потому что не услышала в этой постановке автора романа. Честнее было бы назвать: «Евгений Онегин» Р. Туминаса, потому что Александр Сергеевич присутствует в этом действе лишь номинально. Один образ Татьяны, так любяще описанный Пушкиным, чего стоит… туминасовская Татьяна в каком-то экстазе начинает прыгать в кровати и биться головой, раздираемая похотью. По-моему, здесь что-то личное, по Фрейду. Туминас считает, что А.С. Пушкину это понравилось бы. Смело. Голова не кружится, когда Вы, г-н Туминас, взираете с высоты Александра Сергеевича?»

Получается, что уважаемый режиссёр попросту обманывает своих зрителей, не давая им полной информации, фактически выдавая собственное произведение за классическое. Не стоит ли обратиться в антимонопольную службу за защитой бренда «Пушкин»? Увы и ах, классика – public domain, и защитить её некому. Кроме нас с вами, читателей и зрителей.

Валентин Буяновский: «В конце спектакля поймал себя на мысли, что ни один из героев, которые получились у Туминаса, не вызывает ни сочувствия, ни сострадания, ни симпатии. Пушкинская любовь к своим персонажам, очарование Ольги и Татьяны, обаяние Ленского и Онегина – от всего этого не осталось и следа. Все присыпано пеплом декаданса и пост-модернистского «изыска»:порхающие балерины с «гранд-маман» танцмейстершей (она же – няня!) и еще более странным репетитором (во втором акте он просто превращается в этакого «гей-балеруна» из мюзикла «Продюсеры»), флиртующий площадной зайчик, юродивая странница с домрой и куча прочих второстепенных и безымянных персонажей, не имеющих отношения к Пушкину… В сцене сна Татьяны режиссер вдруг вставил в её монолог часть текста в записи: мы услышали голос Иннокентия Смоктуновского, читающего фрагмент. Полный уверенного спокойствия и аристократизма голос великого артиста вернул зрителей на мгновенье в ту классическую атмосферу светлого и доброго пушкинского повествования, которой мне так не хватало в этом спектакле… »

Может быть, не сам режиссёр виноват в неуместном умолчании? В конце концов, его задача – постановка, а афиши, их содержание, информация и коммуникация со зрителем – это дело рук администрации театра. Так что претензии, скорее, нужно предъявлять директору театра им. Вахтангова Кириллу Кроку. Однако вот незадача: сможет ли успешный театральный менеджер рапортовать о том, что «его театр» зарабатывает по 2,5 рубля на каждый рубль госинвестиций, если напишет в афишах всю правду о спектаклях?

Ещё одна маленькая директорская хитрость, которая дорого обходится зрителям – это невозможность узнать, кто именно из актёров играет в тот или иной день. В итоге выходит русская рулетка: зрители идут «на Маковецкого», а им подсовывают Гуськова, и наоборот. На сайте театра администраторы на все расспросы, кто именно будет играть, отвечают стандартно: «Состав артистов будет объявлен не ранее, чем за неделю до спектакля». Однако зрители жалуются, что и за день до спектакля они не имеют информации.

Это ли не обман потребителей?

Может, всё-таки ФАС вмешается и защитит от извращения и дезинформации – и Пушкина, и нас?


Tags: КУЛЬТУРКО
Subscribe
Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 10 comments